Электронная библиотека

М. Р. Попова, А. Иванчина-Писарева, М. Ю. Ашенбреннера, М. В. Новорусского, А. Н. Баха были первыми рассказами в легальной русской печати о деятельности Лопатина -- легендарного героя революционного движения 70--80-х годов.

Но в то время, как росли признание и популярность Лопатина, жизнь его "на свободе" в первые годы после освобождения складывалась трудно.

Из Шлиссельбурга Лопатин вместе с товарищами был переведен в Петропавловскую крепость, а оттуда отпущен к брату В. А. Лопатину в Вильно. "...Правительство не пожелало отпустить его совсем "в чистую", а удержало в руке привязанную к его ноге цепь; в предъявленном ему документе значится: "вследствие временного расстройства этапных путей в Сибири, куда ссылается на 4 года с лишением всех прав состояния ссыльнопоселенец Лопатин, разрешается ему прожить это время ожидания восстановления путей в городе Вильне, за поручительством его родного брата В. А. Лопатина"8,-- писал Лопатин в автобиографии. И хотя впоследствии Лопатин так и не был выслан в Сибирь, а жил преимущественно в Вильно, "привязанную к ноге цепь" он ощущал постоянно. Как показывают публикуемые в сообщении Л. С. Пустильник документы Департамента полиции, за Лопатиным была установлена строгая слежка, а потому каждый переезд, каждая поездка в Петербург и другие города требовали специальных разрешений, переговоров в Департаменте полиции. Почти три года прожил Лопатин в России после освобождения из крепости, и все эти годы он жил, опасаясь внезапного ареста, ссылки, нового заключения.

"Что Вам сказать о моей здешней жизни? -- писал Лопатин В. Н. Фигнер 16 марта 1906 г.-- Главное отличие ее от шлюшинской состоит в том, что я читаю газеты, веду бесцензурную переписку с кем угодно и хожу без конвоя по улице. Общественная жизнь и деятельность для меня закрыты <...> уехал бы куда-нибудь, да нельзя. Даже посетить сестер в Тифлисе не могу. Дурново любит меня так же серьезно, как и Вас, и, трепеща за мое благополучие, ни за что не соглашается пустить меня на Кавказ" 9. Правда, летом Лопатин получил разрешение на поездку к сестрам, а позже -- на поездку в Петербург. В. Н. Фигнер писала В. Д. Лебедевой 2 ноября 1907 г.: "Герману Александровичу сестра, из Одессы приезжавшая, устроила пребывание в Петербурге, и он отдыхает тут душой от всех скорбей и обид"10. Поездки в Петербург были нужны Лопатину прежде всего для медицинских обследований. В прошлом, в "первой" своей жизни, человек необычайной физической силы, "удалой добрый молодец", каким его знал Г. Успенский, Лопатин вышел из Шлиссельбурга больным человеком. Двадцать один год пребывания в крепости (почти три года после ареста до суда в 1887 г.-- в Петропавловской и восемнадцать лет в Шлиссельбурге), естественно, заметно ослабили его богатырское здоровье, и не только физически. Более всего мучила его неврастения -- абулия,-- о чем он постоянно с тревогой писал сестре, Л. А. Мартыновой. Лопатин в "первой" своей жизни был человеком активного действия. Он мог, прочитав в утренней газете, что "Гарибальди бежал с Капреры и идет на Рим", в тот же день покинуть

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки