Электронная библиотека

Петербург и "поскакать в Италию"11. Мог решиться на беспримерное по смелости похищение П. Л. Лаврова из ссылки и не менее смелый план "похищения" Н. Г. Чернышевского из Сибири, мог трижды бежать из Иркутской тюрьмы, совершить удивительные по мужеству и находчивости переходы через ангарские пороги, мог решиться приехать в Россию в 1883 и 1884 гг., чтобы один "собирать рассыпанную храмину" -- партию "Народная воля" и выполнить "чудовищную для единичной личности задачу"12.

В своем письме генерал-губернатору Восточной Сибири Н. П. Синельникову 15 февраля 1873 г. он так характеризовал себя: "Я привык вращаться в кругу людей науки и мысли, я привык к библиотекам, новым книгам, свежим журналам и газетам; я привык толкаться в самом водовороте умственной и политической деятельности; я привык к жизни, полной сильных, ярких впечатлений, наполняющих и ум, и сердце до того, что в них не остается, кажется, ни одного свободного уголка,-- после всего этого бесцветное и вялое существование в Иркутске сводило меня с ума и казалось мне простым продолжением тюремной жизни"13. Как же сводило его с ума одиночное заключение в Шлиссельбурге!

Душу давит гнет свинцовый,

Тяжело и больно --

писал он в одном из своих "шлюшинских" стихотворений14.

Он выдержал, благодаря огромной силе воли и интеллекта, колоссальному запасу "духовности", присущему ему насмешливому, ироническому складу ума15. Разумеется, помогали и особые отношения, возникшие между заключенными Шлиссельбурга. Об этом размышляла В. Фигнер накануне выхода из крепости: "В течение 20 лет эти люди были единственными, с которыми я состояла в отношениях равенства и солидарности, любви и дружбы. От них одних я получала поддержку, утешение и радость. Весь мир был для меня закрыт, все человеческие связи порваны, и они, только одни они, заменяли мне семью и общество, партию, родину и все человечество. Неповторяемые обстоятельства связывали нас неповторяемыми узами!"16

Но Лопатин не мог оставаться прежним Лопатиным после Шлиссельбурга. "...Они слизнули у меня жизнь"17,-- признался он в одном из писем к родным, которое так поразило умирающего Лаврова. Несколько оправившись за границей, он писал сестре 2 мая 1909 г.: "Телом я, конечно, здоров и силен (головокружение, печень и т. п. -- чистые пустяки). Но моя неописуемая неработоспособность. Мой неодолимый страх ко всякому почину, даже в пустяках, заставляющий меня нуждаться в чужой опеке, мое вечное недовольство собою, вечное мучительное самоугрызение, не ведущее к исправлению,-- все это болезнь, и очень мучительная" 18.

Лопатин предпринимал серьезные попытки, чтобы выйти из круга недомоганий и болезней, преодолеть запреты, найти свой путь к общественной жизни. В конце 1907 г. был закрыт журнал "Былое", последний -- двенадцатый номер которого имел заглавие: "Исторический сборник". Вместо него с начала 1908 г. стал выходить журнал "Минувшие годы", который значился как "внепартийный исторический и историко-литературный журнал". Список его участников был более обширным и пестрым, нежели в "Былом". Очевидно,

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки