Электронная библиотека

напряжения, утомления, брезгливости, отвращения, физической усталости, -- этого не рассказать! И как трудно было положение! Выручали: способность импонировать собеседнику, великому и малому, находчивость, такт, настойчивость и т. п. таланты, просыпающиеся во мне, когда неминуемая беда заставляет меня забывать на время о моей неврастении"32.

2 июня Лопатин писал сестре, Л. А. Мартыновой: "Вчера и сегодня по случаю" Троицы и Духова дня стояло перемирие; но завтра снова начнется борьба, беготня и хлопоты. Я надеюсь на успех в той или иной степени, но наверное ничего нельзя сказать" 33.

Тем не менее 3 июня заграничный паспорт был получен. Начались приготовления к отъезду, окончательное уточнение маршрута. Л. А. Мартынова просила Лопатина ехать в Ниццу через Одессу, с тем чтобы они могли повидаться. Лопатин отказался -- и не только по соображениям материального характера. "После отъезда Макарова,-- писал он сестре 13 июня,-- каждый день пребывания здесь дается мне ценою упорной, жалкой борьбы, издергавшей мне все нервы, такой же борьбы, и, быть может, осужденной заранее на неуспех, потребовало бы каждое изменение в моих планах и маршруте" 34.

И все же незадолго до отъезда Лопатин совершил некоторые незапланированные поездки. Он уехал из Петербурга после 21 июня и в одном из южных городов, встретился с Л. А. Мартыновой. Потом он писал ей открытки из Винницы (5 июля), затем из Вильно (8 июля). 10 июля он был в Гомеле, где виделся с племянницей З. А. Лопатиной. 11 июля вернулся в Вильно к брату. На двух его открытках от 14 июля стоит пометка "Вержболово". Это день его отъезда за границу: 14/27 июля 1908 г. Он торопился уехать. "Очень уж мне тут скучно и неудобно, а главное -- опасаюсь какого-нибудь нового подвоха со стороны Малыша (un petit oficier bleu {маленький голубой офицер, маленький жандарм (фр.).}), -- писал он сестре в этой последней открытке из России.-- Мой папиросник говорит вчера мне: "позавчера трое голубков лежали вон за тем забором, наблюдая вон за тем домом. Пошел дождь, им принесли шинели. Думаю, что за притча? Кого им нужно? А потом вижу вчера, что Вы идете под руку с барышней, значит, вернулись. Тогда все стало понятно". У ворот торчит все время какая-то богомерзкая <...> морда. Да и сейчас вижу, как по двору ходит голубок во всей амуниции и заглядывает в окна. Противно. Да и, пожалуй, Малыш опять начнет доносить о моих прощальных визитах и придется вновь объясняться. Ну их к черту!" 35

На следующий день Лопатин был в Берлине. Его очередная открытка сестре датирована 15/28 июля и подписана: "Герман Вольный".

Начался новый, заграничный период жизни Лопатина. Но, как это видно из публикуемых жандармских дел о Лопатине, он сразу был передан под наблюдение заграничной русской охранки.

II

Лопатин, как уже говорилось, предполагал ехать в Ниццу и 16/29 июля был в Париже. Однако следующее письмо к сестре он писал по пути в Лондон, куда приехал 21 июля/3 августа. "Не спрашивай <...> почему я уклонился с прямого пути к теплому морю. Ведь и по дороге из СПб. к границе я

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки